Фадеева Т.М. Тайны горного Крыма

Однако тюрьма в городе имелась, в ней ханы содержали самых важных своих пленников.

Она поразила даже немало повидавшего Эвлию Челеби: "В этой крепости есть тюрьма для пленников хана. Другого такого ада нет на всем свете... Выбраться из этой тюрьмы в Чуфут-калеси никоим образом нельзя, разве что человека в гробу оттуда вынесут". По предположениям А. Герцена, таким местом скорее всего был пещерный комплекс в Новом городе на северном краю обрыва в 50 м от оборонительной стены. Он состоит из четырех помещений, к которым ведет узкий проход. Слева от него - обширное помещение с двумя подпорными столбами и двумя окнами, выходящими в обрыв. У этой стены - отверстие люка, ведущего в нижнее помещение: сверху оно перекрывалось деревянным помостом, образуя своего рода каменный мешок24.

Интересны руины обширной усадьбы у Средней стены - видны законченные камин, вырубки для балок, поддерживавших крышу. С XIX в. за ней укрепилось название "монетный двор". Действительно, крымские ханы выпускали серебряные монеты - аспры, с надписью "Кырк-ор", но здесь ли именно, пока не установлено.

За воротами Средней стены начинается Главная улица, в каменную поверхность которой глубоко врезались колеи; для пешеходов служили узкие тротуары из каменных плит, неплохо сохранившиеся. Справа, за невысокой стеной - два жилых дома XVIII в. В одном из них до конца своих дней жил известный караимский ученый Авраам Самуилович Фиркович (1786-1874). Дом поставлен на самом краю обрыва и виден издалека. Он просторен, крыт черепицей, в одном из его помещений сохранился камин, а в другом - заново воссозданный реставраторами в 60-е годы нашего века деревянный наборный потолок. Его рисунок напоминает позолоченный узор потолка одной из комнат ханского дворца в Бахчисарае. Во дворе - хозяйственные пристойки, у южного обрыва - колодец, закрытый железной решеткой. Он вырублен в скале в виде круглой шахты глубиной 10 м и диаметром 1,4 м. Он выходит в открытую пещеру: видимо, ранее она была закрытой и на дне из карстовой трещины собиралась вода. Воду доставали ведром, отсюда его татарское название "Копка-кую", т. е. "ведро-колодец". Таким образом, на случай осады город был обеспечен водой. Однако Челеби отмечал, что соду обычно доставляли на вьючных животных снизу из источника Газы-Мансур. Кроме того, дождевую воду собирали в вырубленные в скале бассейны и цистерны.

Город замыкает Восточная оборонительная стена, построенная караимами в XIV-XV вв. Длина ее 128 метров, у южного и северного обрывов она имеет угловые башни, а в середине - надвратную башню. С внешней стороны над воротами вделана мраморная плита с изображениями рогатины и щита. Это тамги, родовые знаки, высеченные как своеобразное напоминание жителям крепости об их подчинении определенным татарским родам. Снаружи перед крепостной стеной высечен большой бассейн для сбора талой и дождевой воды. На площади перед воротами располагался рынок.

Из Восточных ворот можно спуститься в Иосафатову долину - так назвали ее караимы в честь долины погребений близ Иерусалима, где, согласно пророчеству, состоится Страшный суд. В густых зарослях видна арка ворот кладбища, развалины сторожки. За аркой - настоящий город мертвых: разбросанное среди зарослей, кажущееся необозримым море надгробий, покрытых надписями, иногда в сочетании с орнаментом. БОльшую часть составляют старинные "однорогие" и "двурогие" надгробия из известняковых плит. К более позднему времени относятся мраморные надгробия, украшенные богатым орнаментом в восточном вкусе, с повторением основных символов смерти - стилизованный кипарис, и воскресения - розетка, роза. Иосафатова долина была для караимов самым древним и почитаемым местом погребений, куда, случалось, привозили покойников и из других городов. Среди могил росли священные дубы, рубить которые запрещалось: недаром татары называли кладбище "Балта-тиймез", то есть "топор не касается". Сегодня в конце кладбища еще можно видеть пять-шесть древних дубов, почти вытесненных густой порослью молодого леса. Значительная часть надгробных надписей собрана и издана Фирковичем. Правда, последовавшая за этими публикациями полемика вызвала немало разногласий относительно датировки захоронений. Ряд ученых считает, что самое древнее погребение на караимском кладбище относится к 1249 - 1250 гг. В целом караимские надгробия, пока еще ждущие более детальных исследований, образуют своего рода летопись караимских обитателей города. Эпитафии выполнены на древнееврейском языке; крайне редко - не караимском, но древнееврейскими буквами. Надгробия конца прошлого - начала нынешнего века обычно имеют двуязычные надписи -на русском и иврите. Среди них в самом начале кладбища - надгробие А. С. Фирковича.

В тенистом уединении Иосафатовой долины, когда солнечные лучи, проникая сквозь листву, ложатся ажурным узором на бесчисленные резные камни надгробий, оставленных самой немногочисленной и малоизученной из крымских народностей, невольно приходишь к мысли о том, что жившие здесь бок о бок народы и общины - греческие и армянские христиане, мусульмане-татары, библеисты-караимы - черпали из одного и того же художественного наследия. Ранневизантийские, а по существу малоазийские формы орнамента и символики, уже распространенные в Крыму, получили своеобразное продолжение в сельджукском искусстве, во многом переработавшем те же мотивы. Вероятно именно поэтому резные "плетеные орнаменты", ранневизантийские и армянские "процветшие кресты" (или просто с расширенными концами), розетки, "сельджукские" звезды, варьирующие число лучей от 5 до 15 (берущие начало в пифагорейской, а затем в арабской цифровой символике), встречаются на сооружениях народов самых разных вер и происхождении. Здесь, в суровом царстве каменных стен и высеченных пещер, этих деталей немного, но именно они придают тот неуловимый аромат смешения восточных и западных культурных элементов, который составлял особенность византийского искусства. И каждый внимательный исследователь Крыма рано или поздно обнаружит, как когда-то поэт М. А. Волошин:

...в кладке стен кордонного поста
Среди булыжников оцепенели
Узорная турецкая плита
И угол византийской капители.


24 Герцен А. Г., Могаричев Ю. М. Указ. соч. - С. 93.


Назад | Далее
Главная | Гостевая книга | Напишите нам